Город Энск
28 октября 1999 г.
Доброго здравия, Мадам.
В дни великой скорби живем, Лючи…
Волошин провидел будущее. Минуты роковые не сделают нас бессмертными созерцателями на пиршестве богов. Федор Иванович тоже чувствовать умел, читая древних. А у древних китайцев есть проклятие: «Чтоб вам жить в эпоху перемен». Я не мистик, но фаталист.
Проснулся утром, уже счастье. Дозвонились, убедились, что все живы – неописуемая радость. Дыма без огня не бывает, началось всё с междоусобиц, словно тысячу лет назад – до крещения Руси. Да и после крещения народу было не легче.
О чём тебя просить, вернее, предупредить об Ахиллесовой пяте малых народов. Они сильны толпами, горлопанят друг перед другом, а поодиночке – трусливые шакалы. Очень характерная примета: они подолгу могут сидеть на корточках. Знай, это наблюдатель. Мы так не сможем. И еще: русский замахнется кулаком, а горцы – ножом. Это огромная разница в психологии национальных традиций. Избегай скоплений рыночных, не вступай в базарную полемику. Не заводись, игнорируй провокации.
Вихрь этнических чисток и нас достигает.
Геноцид русских с начала 90-х годов, после ослабления СССР, здесь процветает. Разве я бы не уехал, если бы было куда, если бы в России нас хоть где-то расселяли. Все обремененные семьями надеялись на русский авось. Авось утихнет, сколько может быть безвластие? Хотя, каждый бай норовит назвать себя князем, древним кланом, типа хозяин.
По негласным оценкам за десять лет русских людей по югам зачистили около двадцати пяти тысяч человек, не считая жертв от военных действий. А еще больше сорока тысяч стали натуральными рабами, лишившись имущества и документов. Думаю, что для тебя это тоже не секрет. Да, есть спасённые, выкупленные телеканалами, журналисты. И ты знаешь такую, и общаться она не может. Тут с подругой неуместно ни сочувствие, ни любопытство, всё ранит. Ничто не будет восприниматься по-старому, по-человечески. А стрелки тикают не только у взрывных механизмов, есть просто домашние часы со старинным боем. И это наше время на жизнь, которая нам дарована. Дарована на время со странным предопределением – остаться человеком в зверских обстоятельствах.
Мадам, Лючи, милая моя, ты всё разумно разложила сыну по полочкам. Он парень, не девчонка, бойцовские устремления естественны для мальчишек. Ты спокойно поразмышляй над символикой неофашистов. Разве думающие ребята купятся на свастику? Еще живы воевавшие деды, выпорют, невзирая на то, что он уже бреется. Нет, никогда нацизм не приживется в нашей стране, как бы ни маскировался. У нас в эти игры не играют, потому как на экипировку просто нет денег, ходят больше в камуфляжных штанах, куртках. Дешево, доступно, прочно.
Проверка боевиками на нерешительность российской власти: захват в Будённовске, рейды на Кизляр с захватом больницы и заложников, на вертолётную базу, на село Первомайское. Такие предпосылки нельзя игнорировать, ссылаясь на моратории и соглашения. Примечательно, что сразу после выборов Ельцина в июле 96-ого бои возобновились. Событиями в Грозном, Гудермесе, в Аргуне чеченские сепаратисты объявили джихад, угрожающая ситуация для соседей, а террор не знает границ. Мир убедился в этом. Есть бандиты, нелюди. Мразь (мерзость перед Богом) всегда пряталась в тени, в зеленке и не в катастрофических масштабах. Терять присутствие духа нельзя в любом случае, тогда мозг мгновенно выдаст решение в экстремальной ситуации.
Необъявленная война внушает страх, растерянность, лишает мирное население готовности дать отпор. Почему жертвы не кричат? Они согласились с тем, что они жертвы. Террор рассчитан на это – застращать обывателя. Тогда народ станет внутренним врагом власти, не пытающейся сохранить всеобщий порядок, утроит панический бунт. Это психоз. И психоз случается всеобщим. Разве в Коране записано, что надо взрывать спящих людей? С бабами воевать даже на собственной кухне, позор для джигита. А разве исполнители читали книгу, о которой кричат? Нет, они не мусульмане, а просто жадные до денег бандиты и малограмотные зомби.
Ты бы хотела построить китайскую стену, загородить две горы, пущай, мол, варятся в собственном соку.
Что сказать?
Ты великолепная женщина загадочной души, береги себя, я живу верой в нашу встречу, думай об этом и звони мне чаще (по возможности).
Неопределенность, ожидание известий очень разрушает организм, сразу впадаю в ступор от бессилия помочь, от расстояния. Бездействие действительно угнетает. В душе лишь покаянные да поминальные молитвы. Удивительно, что в нужных словах находишь утешение. «Сердце смиренно и сокрушенно…» читаю в ночи по памяти и засыпаю незаметно.
Понимаю твое состояние, не требую писем, без лирического состояния писать трудно веселые вирши, играя в куртуазный маньеризм. Сейчас важно сохранить себя, вопреки всему. Ибо мы чудесные создания Творца рождены с целью постараться быть счастливыми. Я стараюсь чаще смотреть в небо и на макушки гор, не смотреть на грязь под ногами. Я прячу свою блаженную улыбку в шарф.
Непонятые мы пришли, непонятыми уйдем, собрав свои искомканные речи. Ссутулились, вниз опустились плечи. Мы шли к огню... И по сей день идем.
Но мы вдвоем, а это здорово! Люблю тебя!
Т.В.