Это был декабрь, и декабрь был мёрзлым,
И сыну куртку тёплую одела Арегназ…
Она его увидела через неделю, мёртвым,
Без курточки, которая была ему как раз.
Это был декабрь. Безмолвным серым утром
Закричало эхо далеко в горах,
И за бесконечно долгую минуту
Красивый белый город превратился в прах.
Это был декабрь, и декабрь был длинным –
Семь дней, а дальше вечность для мёртвых и живых…
Кто ты, всемогущий, что скалы с места сдвинул?
Зачем ты, всемогущий, наземь бросил их?
Это было в среду. Без двадцати двенадцать
«Барев дзез» сказал мне армянский друг Андро.
Он набрал мой номер, чтоб навсегда прерваться,
Он набрал мой номер за две секунды до.
Это было в среду. Ещё вчера живые
Ещё вчера дышали, ходили по земле…
Их рты забиты пылью. Крики их – немые,
Их слышат только ангелы из ангельских полей.
Это был декабрь. Гробы на перекрёстках
Солдаты раздавали под горячий чай.
В гробах этих, как будто в похоронных лодках,
Твои, Хаястан, дети уплывали в рай.
Это был декабрь… Время не осушит
Реки слёз в морщинах серого лица…
Проклятый декабрь разорвал нам души,
Проклятый декабрь разорвал сердца.
Это был декабрь… В его седых руинах
Погребены надежды милых и родных,
Милосердных сердцем, молодых, безвинных…
Боже! Там, за пятым небом, посмотри на них!
Это был декабрь. Это было в среду…
Илья Криштул