Глава 12. У войны звериное лицо
Расчёты, которые в мирное время проводят военные, разыгрывая на картах, электронных планшетах и объемных макетах местности предполагаемые вооружённые столкновения с противником, не идут ни в какое сравнение с проводимыми на полигонах учениями. Лёгкость манёвров на бумаге или в виртуальной реальности, на деле оборачивается потом и кровью солдат и офицеров, которые утюжат ямы и кочки пересечённой местности своими ногами и телами; мокнут под проливным дождём; мёрзнут в сугробах; изнывают от жары в полной боевой экипировке; голодают и испытывают жажду, проклиная нерадивых тыловиков, застрявших по дороге на позиции. Генералы рисуют стрелки и двигают воинские формирования, которые по их приказу преодолевают водные преграды, карабкаются по горам, крутятся на горных серпантинах, совершают многокилометровые марши по пустыням и лесным дорогам.
Что говорить тогда о боевых действиях? Учения и тренировки на фоне кровавой бойни себе подобных существ вспоминаются, как праздник мирной жизни. Грохот разрывов, свист пуль, осколков и мин; смерть товарищей рядом; грязь, пот, страх собственной смерти; перевязка и эвакуация раненного бойца; безразличие и полная опустошённость после отражения очередной бессмысленной атаки врага; позднее осознание того, что ты остался жить сегодня вопреки потугам близкой смерти; дрожащие руки; нервная затяжка сигаретой; глоток спирта из протянутой сослуживцем фляжки, кусок тушёного мяса из вскрытой ножом банки с краюхой чёрного хлеба; чистка автомата, который не подвёл тебя в бою – всё это маленькие эпизоды существования в аду войны.
Одни бойцы приспосабливаются к такой жизни, пытаются выжить и помочь сохранить жизнь товарищей. Другие ломаются, бегут и погибают. Третьи сдаются в плен, в надежде сохранить свою жизнь. Но абсолютно все на войне меняются. Война калечит людей, забирает у них человечность, сострадание, веру в справедливость, доброту, воспитывает жестокость, презрение к людям, жажду убивать. Кто-то теряет человеческое лицо раз и навсегда, становясь машиной для убийства. Кто-то, пройдя круги военного ада, сохраняет в глубине очерствевшей души клочки мирных чувств, которые после войны могут вновь прорасти на благодатной почве любви и понимания.
Решающими факторами удачных действий армейских соединений Индии стало несомненное техническое превосходство в воздухе и обычных вооружениях, значительные мобилизационные возможности, зависящие от численности населения страны. Сотрудничество с Россией и Китаем позволило индийским учёным и инженерам перегнать соседний Пакистан в некоторых вопросах оснащения сухопутных войск и авиации. Быстрая концентрация группировки для наступления в Карачи, позволила захватить стратегическую инициативу и продвинуться передовыми частями в направлении Хайдарабада, производя разведку противника и местности. Авиация и операторы БПЛА надёжно прикрыли наступающие части, подавляя отдельные очаги сопротивления пакистанской армии, отступающей в направлении столицы страны - Исламабада.
В провинции Джамму и Кашмир пограничные бои перешли в стадию отдельных стычек и провокаций. Пакистанские части отошли на свою территорию, понеся значительные потери и в ответ чувствительно потрепав своего противника.
Обстановка в лагерях-отстойниках, куда согнали всех раненых и зараженных из очагов радиационного поражения, стала катастрофической. Медикаментов и средств для обработки заражённых не хватает, лагеря переполнены, продукты и воду подвозят редко, смертность высокая, многие пытаются пробраться мимо заградительных кордонов, погибая под огнём военных и полиции. Приказ верховного лидера был жёстким и однозначным: «Не выпускать живыми никого из подвергшихся облучению и больных!».
Ситуация в Пакистане – стране, ведущей войну и явно её проигрывающей, стала неуправляемой и катастрофической. Местные власти перестали следить за порядком, появились банды вооружённых мародёров, прибирающих к своим рукам воду, продукты и транспорт. Они брали под контроль целые населённые пункты, устанавливали там жестокие порядки, подчиняя местное население и заставляя его рабски трудится: за миску похлёбки и кусок хлеба с водой. Половина страны была уже потеряна, не будучи захвачена противником. Руководство страны, считавшее, что контролирует ситуацию и знает свой народ, катастрофически просчиталось. Государство территориально стремительно уменьшалось, призывы к сопротивлению, священной войне сотрясали воздух, не принося положительного результата. Участились случаи массового дезертирства военнослужащих из пока ещё боеспособных воинских частей.
Руководство Пакистана, осознав надвигающуюся катастрофу, приняло чудовищное по своей сути решение о нанесении нескольких ядерных ударов по собственной территории, целью которых было создание непреодолимой зоны заражения для остановки продвижения войск противника. Отдав этот приказ, верховные правители тайно уехали из столицы государства в горную местность Гиндукуша, где были заранее подготовлены вырубленные глубоко в скалах подземные убежища. Фанатично настроенные подразделения, получившие установки тактических ракет с ядерными боеголовками, выдвинулись в направлении Кашмора и произвели пуски ракет, выполняя бесчеловечные указания бежавшего руководства.
Местность в районе Ларкана – Суккур превратилась после их взрывов в радиоактивную пустыню, зону сплошных разрушений и огромную братскую могилу населения, которое проживало или передвигалось там в это время. Заражённые облака, поднявшиеся высоко в небо после взрывов, понесло в сторону Аравийского моря и территории Индии. Наступление армейских подразделений Индии захлебнулось, начался их панический откат обратно в порт Карачи. Население приграничных с зонами ядерного поражения индийских штатов хлынуло в глубь страны, создавая на своём пути хаос и панику. Только в отличие от Пакистана власти Индии нашли силы и средства для быстрого создания фильтрационных кордонов. Бегущих людей останавливали, проверяли и обследовали, направляли для работы в трудовые лагеря или карантинные зоны.
Радикально настроенные пакистанские националисты, ощутив вакуум власти в Исламабаде, захватили правительственные учреждения и провозгласили Пакистанский Халифат. Установив жестокие законы шариата в быту, руководители нового государства, понимая пагубность войны в настоящем и не отрицая её ведение в будущем, обратились к руководству Индии с предложением заключить перемирие. После суточного обсуждения это предложение было принято индийской стороной. Пакистан стал территорией, на которой радиоактивные пустыни перемежались с очагами бандитизма и хаоса. Ветры разносили заражённые облака по всему региону.
Командование НАТО проанализировало допущенные просчёты при атаке на Калининградскую область и, учитывая продолжительное молчание Москвы, решило повторить захват российского анклава, который длительное историческое время была на карте Европы, как кость в горле. На этот раз многочисленные беспилотники, натовские самолёты и запущенные с кораблей и наземных пусковых установок ПРО крылатые ракеты атаковали боеспособные системы ПВО и командные пункты российских войск в области. Только не учли стратеги одного: позиции ПВО были заполнены надувными макетами ракетных установок, а командные пункты скрытно переместились в неизвестном направлении. Удар был массированным и сокрушающим…для макетов!
Сводное командование Калининградского ВО (далее сокращение – КВО), поняв, что Москва в ближайшее время не придёт на помощь, отдало приказ нанести ответные удары тактическими и крылатыми ракетами по натовским войсковым соединениям на границе и аэродромам базирования авиации. Российские генералы отдавали себе отчёт в том, что пока борются в одиночестве, без моральной и материальной поддержки центра, а это развязывало им руки в принятии решений тактического уровня. Ответный удар калининградцев, не смотря на попытку его отражения силами ПВО-ПРО противника, нанёс ему ощутимые потери в частях и соединениях на границе.
Подводные лодки Балтийского флота в условиях противодействия соединённых натовских сил, сражающихся с надводными кораблями России, торпедировали и поразили крылатыми ракетами насколько военных судов противника. В свою очередь натовские охотники за субмаринами постарались осложнить жизнь подводников, преследуя их и атакуя глубинными бомбами и противолодочными торпедами. Морская авиация сражалась не менее ожесточённо, прикрывая корабельные соединения и атакуя вражеские силы. Потери с обеих сторон были неизбежными и очень чувствительными для состояния морального духа военнослужащих.
Президент США, под давлением Конгресса, отдал команду применить крылатые ракеты с ядерными головными частями, оказывая помощь НАТО в борьбе с российским анклавом. Авианалёт был осуществлён через несколько часов после поступления приказа из Вашингтона. Ракеты прорвались к Зеленогорску и Черняховску, которые превратились в зону разрушений и остаточной радиации. Заражённые облака с мест взрывов поднялись в стратосферу и потянулись в направлении территории Литвы.
Мобильные ракетные комплексы «Тополь-М» и «Орешник», находящиеся в готовности к атаке, получили приказ на повторные пуски по намеченным целям от командования КВО. Командиры запросили подтверждение, справедливо полагая, что такой приказ может отдать только Верховный Главнокомандующий России. Командующий КВО истерил и плевался слюной, но понял, что перегнул палку. Попытки связаться с руководством страны опять провалились.
Были задействованы планы по гражданской обороне и ликвидации чрезвычайных ситуаций в зонах ядерного поражения. Армейские соединения радиационной и химической защиты приступили к ликвидации последствий ядерных ударов. Создали карантинные лагеря и развернули новые полевые госпитали для оказания помощи пострадавшим и раненым. Область боролась и пыталась выжить в изоляции и при попустительстве центральных властей. Люди на гражданке и в войсках исполняли свой долг, не помышляя о прекращении борьбы и сдаче в плен. Трудности и потери, смерть и разрушения, голод и паника сплачивали людей, проявляли лучшие качества, на деле показывали, что слово «патриотизм» не потеряло своего смысла и близко жителям области…
Совет Безопасности России несколько дней обсуждал сложившееся положение в Калининградской области и на Дальнем Востоке. Быстрое развитие событий и боязнь вступления в крупномасштабные конфликты с силами НАТО на Западе и НОАК на Востоке, сдерживали руководство страны, которое колебалось то в одну сторону (под давлением военных), то в другую (под давлением депутатов Государственной Думы). Находящиеся у власти олигархи и состоятельные политики опасались потерять своё влияние и доходы, не понимая того, что мир, фактически, необратимо изменился. Война постучалась в двери дома и, не спрашивая разрешения, ворвалась в него, круша экономику и убивая население.
Принять судьбоносное решение или уйти с политической сцены – других вариантов у властей не было! Но как труден выбор! Попытки установить связь с администрацией США по прямому проводу были безуспешными. Страна бурлила митингами с требованием поквитаться с натовскими агрессорами и националистами Европы. Рабочие коллективы оборонных заводов, не сговариваясь, перешли на работу в три смены, значительно увеличив выпуск военной продукции. Общество раскололось на два противоположных лагеря: один призывал защитить Родину любыми средствами, другой выдвигал лозунги примирения и покаяния перед Западом.
Командующий Черноморским флотом, после тщетных попыток получить внятные указания от Генерального Штаба, отдал распоряжение всем кораблям выйти в море и не допустить проникновения кораблей и подводных лодок противника к берегам Крыма и в Одессу, которую в спешном порядке после взятия города русскими войсками, покинули корабли НАТО. Охрана Крымского моста была многократно усилена. На освобождённую территорию соседней страны стали пребывать тысячи добровольцев, готовых с оружием в руках поддержать справедливую борьбу против неофашизма…
В Литве и Польше наблюдались сходные картины: власти этих стран утратили нити руководства, безуспешно пытаясь упорядочить всё нарастающий с каждым часом поток беженцев. Целые области быстро опустели, города обезлюдели, бродячие животные сбивались в стаи, пытаясь выжить, люди зверели и превращались в волков, готовые растерзать слабых и беззащитных. Как в страшных кадрах военной кинохроники, по дорогам ехали автомобили, набитые людьми и вещами, и брели толпы понурых граждан, потерявших средства передвижения и надежду на благополучный исход вынужденного похода. Военные колонны двигались, не замечая народного горя, стремились достичь намеченных рубежей, не осознавая гибельности своего перемещения. Солдаты, которые в начале марша улыбались, шутили и пели песни, бравируя друг перед другом, по мере движения к передовой всё больше мрачнели, начиная задумываться, ради чего они идут в бой. Генералам легко, они рисуют стрелки на картах, летают на вертолётах, живут в уютной обстановке своих штабов, не постигая своими глазами, слухом и обонянием всего горя, ужаса и зловонья боевой обстановки.
Люди, покинувшие свои дома, бегущие от войны, надеющиеся на выживание, проклинали про себя ненавистных политиков, которые в угоду своим амбициям и желанию обогатиться, не смогли договориться между собой, ввергая страны и народы в очередную мировую бойню. Жернова вселенской катастрофы в очередной раз провернулись, приводимые в движение людской жадностью, тупостью, желанием хорошо жить за счёт других, ненавистью к справедливости и чаяниям простых граждан.
Положение простого народа осложнилось тем, что в короткое время деньги и комфортное существование потеряли свою актуальность. Вода и продукты стали истинным мерилом для выживания, а наличие оружия – обязательным атрибутом сохранения жизни и возможности защитить себя и близких от людской жестокости и насилия. Полиция, жандармерия, карабинеры – вы где? Многие ушли вместе со своими семьями, бросив к ногам безумных правителей долг и обязательства защищать законность и порядок. Террор и хаос вступили в свои права! Сильные и вооружённые могут выжить! Слабым и безоружным одна дорога – на погост…