Хотя Хелина давно не видела братьев, как оказалось, она хорошо их помнит. Особенно тепло она встретила Алекса.

- А-а-а! — сдавленно вскрикнул Грег и схватился за голову. Как только он увидел, как Михаэля схватили, чуть не потерял сознание от резкой боли в голове. - Что с тобой, Грег? — испугались Матье и Алекс.

Если бы он так явственно не помнил, как возвращался из клиники, подумал бы, что все последующие события ему приснились. Нападение, невероятная сила противника, холодные губы на его шее, ранение, после которого парень встал и побежал — все это было из области фантастики.

Однажды потерявшийся баран Забрел в пустыню и увидел караван. Впервые видел наш баран верблюда, И не понравилось ему такое чудо.

Для хранения криптовалюты используются специальные кошельки. Есть разные виды, что позволяет выбрать подходящий в соответствии со своими целями. В поиске может помочь рейтинг криптокошельков, но сперва стоит разобраться в их особенностях.

Многие думают, что ацтеки испугались лошадей, которых никогда раньше не видели, и огнестрельного оружия. Для трусливого и малочисленного народца такое объяснение может и подошло бы, но не для смелых ацтеков.

Когда после еды Алекс все рассказал Матье, тот вроде и поверил, но засомневался. - Хорошо — сказал он — допустим, ты прав, и хозяйка таверны -наша мама. Но тогда кто такой Михаэль? У нас нет брата с таким именем.

Техподдержка мироздания случайно убила не того человека. Теперь баг идёт в Навь, чтобы вернуть свой «чистый код». Цена сделки — способность врать. Русский киберпанк о сёстрах, нитях судеб и системных ошибках.

Сколько на самом деле существует сюжетов? Четыре, как полагал Борхес? Тридцать шесть, как насчитали в XIX веке? Или всего два, как мрачно шутит современный автор?.. Перед вами путешествие по истории одной навязчивой идеи: исчислить, каталогизировать и разложить по полкам всю мировую литературу. От античного эпоса до постмодернистского молчания, размышление балансирует на грани между строгой аналитикой и поэтическим жестом, напоминая, что любая классификация — это прежде всего форма воображения...

Когда-то от этой болезни умирали. Швейцарские наёмники, оторванные от родных Альп, сгорали от тоски по звуку пастушьего рожка. Врачи искали в их телах особую «косточку ностальгии» и верили, что исцелить может только горный воздух. Но настоящая тайна открылась позже: дело было не в географии. Это размышление — путешествие сквозь историю чувства, которое начиналось как диагноз, а стало самой тканью нашего существования. От медицинских трактатов XVII века до печенья «мадлен» Пруста, от мазурок Шопена до дымки тарковского кадра, от эмигрантской «России в памяти» до современной тоски по будущему, которое так и не наступило. Почему нас преследует прошлое, в котором мы никогда не жили? И что значит — найти дом не в пространстве, а во времени?..

В уезде Гаоми ещё держат лошадей, хотя трактор давно стал хозяином на полях. Двенадцатилетний Ли Вэй однажды, пытаясь понять отца, угоняет старый рыжий автомобиль и попадает в историю, которая оказывается настоящей точкой слома для трёх поколений его семьи...

Это случилось утром, когда холодная роса скатилась с широкого листа лопуха и упала ей на голову. Капля была тяжёлая и тёплая, пахла травой и небом. Она разбудила её. До этого был сон.